Не щадя божьих коровок и уснувших улиток, целый день незнакомые люди собирали листву и сваливали в костер, в старой траве то и дело находя крупные яблоки. Со всего сада и из всех углов вытаскивали, выметали, несли ворохи, пахнущие осенним коричневым гнильем. В стелящемся и неисчезающем дыму, густом, как молоко, прокладывали дороги солнечные лучи. Солнечные лучи пробивались в белых облаках над другими облаками, я видел их лежа на земле, они мешались один с другим, мчались прочь. Загорался огонь, тлевшую кучу обращая в прах, в котором еще недолго можно различить то, что было листом и его прожилками, и все повторялось. Все казалось иным, не на своем месте, откуда сдвинули в детстве и забыли вернуть обратно.

К ночи вызвездило, рассыпали по листу черной бумаги манку. Несколько огоньков упало без пользы, потом заранее было загадано одно желание, нет, другое. Медленно ползла Венера. Где-то лаяли собаки, шумел поезд. Со временем как будто ничего и не умирало, каждое утро наша Венера ложилась в одном и том же привычном ей месте. Старые сказки мило шептались. Не видно даже собственных рук. Даже рядом с костром. Нет, кажется, это не Млечный Путь, это поднялся так высоко дым. В темноте что-то непрестанно шуршит, меняется. От меня снова пахнет былым волшебством.